Национальная политика в 1920-е – 1930-е гг.

Картинки по запросу Национальная политика в 1920-е – 1930-е гг.

С момента своего создания, Советский Союз официально обладал статусом федеративного государства. Однако его федеративность была закреплена исключительно в законодательных актах, на практике было понятно, что государство обладает классическим унитарным строем.

Это означало то, что ни одна советская республика не обладала правом быть субъектом международной политики, а также принимать любые решения без согласования с Центром.

Следует отметить, что национальная политика в Советском государстве была стабильной на протяжении всего периода существования державы. В конце 20 х годов, большевики инициировали открытие самостоятельных  культурных и государственных учреждений на территориях республик — это должно было доказать советскому народу, что партия уважает традиции и права представителей этнических групп, входящих в состав Союза.

Основной целью такой демонстрации теплых чувств к народностям, было успокоение местного национализма, чтобы в дальнейшем он не препятствовал внедрению диктаторской политики большевиков.

В период Гражданской войны для большевистской власти стало понятно, что построить централизованное государство, не установив связи с нерусскими народами СССР, будет невозможно. Главным путем проведения политики коренизации было выдвижение местных национальных кадров на руководящие административные посты.

  • Апрель 1923 — XII съезд РКП (б) провозгласил политику коренизации

Коренизация — политическая и культурная кампания советской власти в национальном вопросе в 20-е и начале 30-х годов XX века, призванная сгладить противоречия между центральной властью и нерусским населением СССР.

Главной идеей коренизации было поощрение и развитие культур и языков национальных меньшинств, чьи интересы не учитывались правительством и, как правило, подавлялись в Российской Империи.

Другой целью коренизации было развитие национальных языков, а также строительство национальных школ и использование национальных языков в государственном документообороте. 

Русскоязычных партийных деятелей принуждали изучать язык местного населения республики. Одновременно, особое внимание уделялось развитию и восстановлению местных традиций. Обучение в школах и высших учебных заведениях проводилось исключительно на национальных языках.

Идеологической основой «коренизации» стала провозглашённая 15.11.1917 Декларация прав народов России. Дальнейшее развитие идеология «коренизации» получила в трудах партийных и советских руководителей. В 1920 году И. В. Сталин в статье «Политика советской власти по национальному вопросу в России» предложил «поставить школу, суд, администрацию, органы власти на родном языке»

Вместе с тем официальная идеология вплоть до конца 1920-х годов исходила из тотального осуждения дореволюционной истории страны. Русскому народу навязывалась мысль, что до революции у него не было и не могло быть своего Отечества. Россия именовалась не иначе, как тюрьмой народов, русские – эксплуататорами, колонизаторами, угнетателями других народов. Патриотизм как таковой приравнивался к национализму – свойству эксплуататоров и мелкой буржуазии. Руководство страны призывало искоренить национализм в любой его ипостаси. При этом главная опасность виделась в великодержавном (великорусском) национализме, местный национализм до некоторой степени оправдывался.

В наиболее общем виде диалектика национального вопроса представлена Сталиным 27 июня 1930 г. в политическом отчете ЦК XVI съезду партии: «Надо дать национальным культурам развиться и развернуться, выявив все свои потенции, чтобы создать условия для слияния их в одну общую культуру с одним общим языком в период победы социализма во всем мире. Расцвет национальных по форме и социалистических по содержанию культур в условиях диктатуры пролетариата в одной стране для слияния их в одну общую социалистическую (и по форме и по содержанию) культуру с одним общим языком, когда пролетариат победит во всем мире и социализм войдет в быт, – в этом именно и состоит диалектичность ленинской постановки вопроса о национальной культуре». Таким образом, выходило, что в обозримой исторической перспективе национальным культурам не угрожало ничего, кроме «расцвета» . Всю совокупность сталинских теоретических новшеств, как и национальную политику второй половины 1920-х годов, можно расценить как уступку «националам».

Национальная политика 20-х гг. отличалась также терпимостью по отношению к нерусским языкам и культурам и даже целенаправленно способствовала развитию «малых» языков. Для 48 этносов впервые были созданы новые письменные языки, в частности, это касалось туркмен, башкир, чеченцев, малочисленных народов Сибири. Национальные языки все шире внедрялись в управление, юстицию (прежде всего в низших звеньях судопроизводства), а также в школьную систему. В духе интернационализма и модернизации в конце 20-х гг. для 70 языков, прежде всего мусульман, ламаистов и некоторых христианизированных языческих этносов, была введена письменность на основе латинской графики. Преимущества латинского алфавита перед кириллицей

  • во-первых, символизировали разрыв с поздним самодержавием, односторонне внедрявшим только русский язык;
  • во-вторых, это соответствовало духу времени, проникнутому ожиданиями мировой революции;
  • наконец, отказ от арабской письменности у мусульман и от старомонгольской системы письма у буддистов означал разрыв с их прежним культурным наследием и религией.

Данные меры были приняты не только, чтобы укрепить роль национальных языков и национальных культур на территории СССР, но и для того чтобы распространить коммунистическую идеологию. Создание отношений, основанных на взаимоуважении и доверии, между русским и нерусским населением, поддержание ими политической доктрины правящей партии были основными целями, которые преследовало советское правительство. Именно эта языковая политика, примененная СССР в 1920-х, получила высокую оценку среди некоторых западных ученых и российских диссидентов.

С другой стороны, политика коренизации привела к ряду ситуаций, когда интересы русских не учитывались государством или даже подавлялись в республиках. В некоторых регионах теперь уже русские стали «национальными меньшинствами», что вызвало определенные трения между народами и привело к обширному недовольству политикой большевиков среди масс. Русские специалисты даже самой высокой квалификации изгонялись из учреждений и оставались без куска хлеба.

Началось насильственное вытеснение русских с занимаемых ими земель. В Киргизии во второй половине 20-х гг. произошли массовые столкновения между местным и русским населением. Во многом они были спровоцированы проведенной в 1922—1923 гг. земельной реформой, которая передала землю, принадлежащую русским переселенцам, коренным жителям. Но они, не имея навыков земледелия, ею «не пользовались, обрабатывать ее не стали, а жилые дома превратили в конюшни». 

На Украине политика коренизации получила название «украинизации»

  • 1 августа 1923 — Постановление ВУЦИК и СНК УССР об украинизации.
  • 12 октября 1924 — образование Молдавской АССР в составе УССР.

Александр Шумский — один из лидеров левой течения УПСР, член УКП (б), ВКП (б), нарком образования в 1924 — 1927 начинал проведения украинизации. Погиб после войны

Похожее изображение

Нарком просвещения А. Шумский упрекал партийную организацию республики в том, что она недостаточно активно ведет борьбу с великодержавным шовинизмом, предлагал форсировать темпы украинизации партийного и государственного аппарата, учреждений культуры.

Нарком сочувствовал писателю Н. Хвылевому, который ориентировался в своих произведениях на буржуазный Запад и выступил с призывом «Прочь от Москвы».

Картинки по запросу

Экономист М. Волобуев, отрицая необходимость единого социалистического хозяйства СССР, проповедовал идею экономической самостоятельности Украины – практически ее изоляции от СССР.

Похожее изображение

Николай Скрипник — один из организаторов КП (б) У народный комиссар просвещения в 1927 — 1933 гг, один из главных сторонников украинизации среди большевистского руководства, виступал за расширение прав УССР в составе СССР. Покончил жизнь самоубийством.

Похожее изображение

Наибольшие успехи и последствия украинизации:

  • на конец 1929 более 80% общеобразовательных школ и 30% высших учебных заведений вели обучение на украинском языке; 40% техникумов
  • переживала подъем и украинская пресса. Если в 1922 книги на родном языке составляли лишь 27% всех напечатанных в Украине, то в 1927 их количество увеличилось до 50%;
  • Украинский язык был введен в офицерских школах и крупных частных военного резерва в Украине;
  • 2/3 делопроизводства велось на украинском языке.
  • В КП (б) У — 55% украиноязычные, Комсомол — 65%, Советская властей — 59%
    Национальные административные единицы:
  • Молдавская АССР,
  • 7 немецких национальных районов,
  • 4 болгарских,
  • 1 польский,
  • 1 еврейский,
  • 954 национальных сельсоветов,
  • 100 национальных горсоветов,

Например, в Украинской ССР к весне 1938 года было 21656 школ, в которых преподавание велось на 21 языках. С украинским языком преподавания имелась 18101 школа, с русским — 1550 школ, еврейским — 312, молдавским — 163, узбекским — 19, белорусским — 9, болгарским — 54, польским — 50, немецким — 512, чешским — 14, греко-эллинским — 12, татарским — 5, армянским — 4, туркменским — 2, киргизским — 1, шведским — 1, казахским — 1, смешанных — 838. 

Многие национальные школы были малокомплектными (например, в чешской школе Киева было 3 класса и 19 учащихся), а часть их учеников плохо знала русский язык, а также язык преподавания, низким был уровень обеспечения учителями и учебными пособиями.

(Вообще начальный всеобуч осуществлялся более 20-ти языках. В городе Белой Церкви (население 47 тис.) на Киевщине в 1925 году было   13 украинских школ,    7 еврейских, 3 польськие, 1 русская). Национальный состав Белой Церкви   в 1926 г., %: Украинцы  —   57   Евреи            — 36,4     Русские        — 3,4      Поляки        — 2,4 )

Украинизация

 

 

  • В 30 годы произошли изменения  в национальной политике страны. Если 20-е гг. прошли в СССР под лозунгами мировой революции и, как следствие, пролетарского интернационализма,
  • то в 30-х гг. ситуация изменилась. Формально все осталось по-прежнему и лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» никто не отменял вплоть до крушения советской власти в конце ХХ в., но, по сути, положение изменилось.

Во-первых, поражение трех вооруженных восстаний в Германии (1919, 1921, 1923 гг), одного в Венгрии (1919г.), Эстонии (1924) и Китае (1926-27 гг.), поражение коммунистов в Германии в 1933 и приход Гитлера к власти окончательно убедили Советских руководителей , что победа мировой революции откладывается очень надолго и необходимо строить социализм в одной отдельно взятой стране, как им предлагал еще Ленин.

Во-вторых, приход нацистов к власти в Германии глубоко поразил Сталина, который рекомендовал своим коллегам по Политбюро учиться у Гитлера тому, как он расправился с оппозицией и за короткий срок сплотил вокруг себя всю нацию. Характерно, что важнейшим инструментом такого сплочения был образ врага, данный германской нации Гитлером в виде «еврея-кровопийцы».

Очевидно, что первое подвигло сталинское руководство страны на постепенный отказ де-факто от реального интернационализма в сторону возврата к великодержавности и старшинства одной нации над другой.

Именно в этот период Сталин впервые говорит о русском народе как о «старшем брате в большой семье советских народов» и в этот период начинается постепенный процесс русификации всей системы образования и культуры в СССР.

  • Прежде всего в национальных образованиях было отменено использование местных языков в государственных учреждениях.
  • В начальной и средней школе стало обязательным изучение второго, русского языка.
  • В то же время увеличивалось количество школ, где преподавание велось только на русском языке.
  • На русский язык было переведено преподавание в высшей школе.

Исключение составляли только Грузия и Армения, чьи народы ревностно оберегали первенство своих языков.

Особенно это было заметно в РСФСР, Украине и Белоруссии, где в 20-е гг. процветала т.н. «украинизация» и «белоруссизация» школ, подразумевавшая, что работа велась на языке основных народов, населявших тот или иной район – украинском, белорусском и идиш. Теперь разговорным языком в этих школах становился русский.

В это же время государственные языки Кавказа и Средней Азии прошли через двойную реформу алфавита. В 1939 г., спустя десять лет после перевода на латинскую графику, вновь была введена кириллица — русский алфавит. Эти реформы практически свели на нет предыдущие усилия по распространению грамотности и письменной культуры среди населения.

Тот же самый процесс проходил в 30-х гг. в системе органов милиции, судах, государственных учреждениях.

Признание русского языка государственным языком СССР преследовало не только идеологические цели.

  • Во- первых, это облегчало возможность межнационального общения, что в условиях проводимой экономической модернизации было немаловажным.
  • Во-вторых, это облегчало жизнь русского населения в национальных республиках, количество которого в связи с осуществлением пятилетних планов значительно увеличилось.
  • В-третьих, это давало возможность родителям, имевшим далеко идущие планы относительно будущего своих детей, отправлять их в школы, где они могли приобщиться к государственному языку и таким образом получить преимущества перед своими соотечественниками. Поэтому национальные элиты не протестовали против языковых нововведений.

Обретение народами бывшей Российской империи государственности и автономии вело к пробуждению чувства национальной общности, росту национальных настроений. Политика коренизации (вовлечение представителей всех национальностей в состав руководящего аппарата, интеллигенции, рабочего класса) вела не только к позитивным сдвигам в структуре коренного населения, но и к оформлению местных элит с присущей им национальной спецификой, попытками обретения бесконтрольной самостоятельности, уклонами к местному национализму и сепаратизму.

Организуя реальную помощь отсталым в прошлом народам, государство в то же время превентивными ударами пыталось обезопаситься от национал-уклонизма и сепаратизма. Результатом стали растущие потери народов от репрессий. Однако это не означает, что национальная политика в СССР представляла собой возврат к политике великорусского национализма и восстановлению бывшей империи. С этим не согласуется отсутствие признаков господства русских над «порабощенными» народами. Эксплуатация русскими объединенных с ними народов была напрочь исключена. Русские области РСФСР, начиная с 1917 г., вынуждены были постоянно больше отдавать, чем получать от других народов, имевших свои национальные образования. Русские, как и до революции, оставались главной опорой, государство  образующей нацией и во многом обеспечивали выживание и модернизацию всех советских республик.

 

Запись опубликована в рубрике СССР в 1920-е – 1930-е гг.. Добавьте в закладки постоянную ссылку.